Творческие порывы

октябрь

Мне будет не хватать тебя, осенний лес,
Когда мороз-декабрь навалится на город
На землю ляжет глухо, краски украдёт,
Засыплет снегом всё и вся вокруг меня.
Когда такой недетский холод проберёт,
Что ничего вокруг уже не будет слышно,
Когда на землю эту ляжет пустота.
Я многое готов оставить стуже здесь,
Отдать зиме навек, но это буйство красок,
Что вижу из окна, что чувствую, когда
Вхожу сюда и вновь читаю с наслажденьем
Расцвеченный букварь утраченной земли –
Мне будет не хватать тебя. Чуть-чуть.
Творческие порывы

28.09

Над пагодой бледной свинцом – облака.
Безжалостный мир онемел на века.
Крестьянка встаёт до зари, до тепла,
На поле пустом лишь подруга-ветла.
На ветке цикада о счастье поёт,
Но счастье весной провалилось под лёд
И тихо бормочет теперь в глубине:
- Где сын твой, родная? – В далёкой стране.

Лощёные лица с восторгом глядят,
С восторгом плюются, с восторгом клеймят…
Такая работа – пойми и прости.
Никто никогда не собьётся с пути.
Как было веками, всё так же и есть, -
Бессильная правда, могучая лесть,
И этим вокруг все довольны вполне.
- Где сын твой, родная? – В далёкой стране.

Пустое пространство под ватою тьмы,
Пустые поля и пустые холмы,
Пустая дорога ведёт в никуда,
Веками здесь рыщут лишь скорбь да беда.
Ты в землю устало бросаешь зерно –
Но всходов собрать никому не дано,
Лишь ветер холодный свистит в вышине…
- Где сын твой, родная? – Погиб на войне.
Злобный Aqualung

Всё лучшее - детям.

Когда где-нибудь дают какой-нибудь рок-концерт, на него выставляют возрастное ограничение "16+". Т.е. на Яна Андерсона, одного из величайших музыкантов современности, как я считаю, я детей взять не могу. Зато на афишах концерта Юрия Шатунова стоит "6+". Вырисовывается определённая политика: кушайте детишки говно ложками, а то не дай бог у вас воспитается вкус к настоящей музыке, это так опасно в наше время...
Bureau
  • cook

"Диссернет" открывает сезон: вернисаж мосгордумцев

Я думаю, никто тут особенно не удивился тому, что "Диссернет" начал новый сезон своих веселых и увлекательных публикаций именно с кандидатов в Мосгордуму - как дебютирующих на выборах в это воскресенье, так и опытных уже кнопконажимателей с несколькими созывами за плечами.

Вчера на нашем сайте - dissernet.org - состоялся долгожданный вернисаж: на обозрение публики была выставлена богатая коллекция околомосгордумовского жульничества и воровства.

В коллекции 17 персонажей, причем двое из них фигурируют сразу с двумя диссертациями, битком набитыми чужим текстом, и представляющими собою коллекционные случаи "воровства репутации", когда человек долгие годы эксплуатирует ученые звания, добытые бесчестным и бессовестным путем, и извлекает из этих званий различные посты, назначения, регалии, льготы и привилегии, на которые он в действительности не имеет никакого права. Один из этих людей - наш давний знакомый Олег Митволь (вот тут, например, можно почитать историю его личного диссеропадения, а также очерк развернутого им богатого диссерорезного производства подробно). Другой - относительно новая ворона в наших политических облаках, видный едрокандидат Александр Сметанов (вот тут описано, как однажды им заинтересовался активист навальновского ФБК Владислав Наганов).

Есть там и другие старые знакомые. Например, Евгений Герасимов, действующий мосгордепутат, опытный ведущий прокремлевских митингов на Васильевском спуске в поддержку аннексии Крыма, бывший актер и нынешний претендент на место "министра культуры" в московском городском правительстве (поста этого он с бешеной энергией домогается, как говорят, при активном содействии федерального "министра кислых щей" Владимира Мединского) - вот тут можно ознакомиться с его художественным почерком.

Конечно, жемчужиной коллекции можно было бы считать случай кандидата Ирины Ильичевой, с которым я уже познакомил моих читателей вчера: тут искусство фальсификации доведено до абсолютного совершенства, - кандидату наук удалось обойтись вообще без ворованной диссертации, нахимичив себе сразу и непосредственно диплом о присуждении ученой степени. А и правда: самые изящные гимнастические упражнения, как известно, - с воображаемым предметом. Чудо это подробно описано и проиллюстрировано интереснейшими картинками поддельных документов и перерисованных печатей тут. Однако когда нет предмета - нечего и выставлять, можно им только умозрительно восхищаться. Так что поищем какого-нибудь другого претендента на звание духовного лидера мосгордумовской диссерорезной секты.

И обретем его, конечно, в лице ДЕЙСТВУЮЩЕГО ПРЕДСЕДАТЕЛЯ МОСГОРДУМЫ Владимира Платонова.

platonov-portr

На самом деле "Диссернет" уже больше года тому назад заинтересовался научным творчеством этого ветерана отечественного думостроения, многолетнего чемпиона Москвы и Московской области по прикладной демагогии в полулегком весе, обладателя Большой Серебряной медали на конкурсе самых честных глаз и самых некраснеющих ушей в общефедеральном зачете.

Один из основателей "Диссернета", физик Андрей Заякин подробно описал сегодня в интервью РБК историю поисков и находок в трудах Платонова. Апелляционная жалоба по поводу обнаруженных в его диссертации массовых заимствований и веерных потыриваний была подана в ВАК еще летом прошлого года, еще до окончания "срока давности" защиты, который позволил бы проказнику весело демонстрировать нам, что "ручки-то - вот они". Однако ВАК московского начальника тогда прикрыл, просто-напросто объявив неистекший срок уже истекшим.

Зато ничто не помешало "Диссернету" продолжить подробные разработки платоновского месторождения. Сегодняшний результат - на картинке внизу, а со всеми подробностями его можно видеть на дисссернетовском сайте.

Platonov-table-FULL

Как видим, манера заимствований вполне соответствует политическому почерку самого заимствующего: меленько, кривенько, жиденько. На внутреннем жаргоне экспертов "Диссернета" такой тип диссероплетения называется "подергунчик": составитель понадергивает мелкой дряни из множества источников и пытается из них сляпать, как-бы подмазывая слюнями, некое подобие связного текста. При этом о корректных ссылках, о честном признании, что все эти перья и клочья надраны из чужих работ, речи, конечно, не идет. К тому же, поскольку Владимир Платонов, как видим, предпочитает дергать фрагменты в свой текст из чужих книг и брошюр, а не из чужих диссертаций, - очень велика вероятность того, что при дальнейшем исследовании список источников его дерготни еще больше разрастется: ведь с книгами работать эксперту-поисковику гораздо сложнее, и работа порой сильно затягивается. Но вот на настоящую минуту - нашлось вот это, разноцветное.

Вольное сетевое сообщество "Диссернет" искренне надеется, что осмотр нашей выставки разнообразной мосгордумовской диссертационной брехни послужит избирателям интересным и полезным материалом для размышления, когда в ближайшее воскресенье им придется исполнять на этих грустных выборах свой избирательский долг.

Фейс

Рок-н-ролльные байки. Часть 6.

Смит был начинающим репортёром, без году неделю работавшим в Дэйли Миррор. И поэтому его просто распёрло от счастья, когда именно его отправили в командировку в Вермонт, где в загородном особняке Дип Пёпл писали новый альбом – первый за много лет. Смиту нужно было взять интервью у музыкантов и сфотографировать возрождённый коллектив. За что ему так подвалило – он не знал, да и не задумывался.
Погода была отличная, природа благостная, он вылез из такси за пару километров, дабы пройтись пешком. Через полчаса впереди показался особняк – роскошное двухэтажное строение, вольготно расположившееся на благолепном холме. Смит подошёл к воротам и позвонил. Через минуту послышались шаркающие шаги, в воротах открылось окошко, и из него высунулась небритая физиономия крайне недружелюбного вида.
- Чего надо?
- Здравствуйте, я из Дэйли Миррор, у меня договорённость с мистером Блэкмором.
- Да? Чтой-то я сомневаюсь. Как-то он не особо договаривается с кем бы то ни было в последнее время. Жди, пойду узнаю.
И не успел Смит ответить, как окошко захлопнулось, и послышались те же шаги, на сей раз удаляющиеся от ворот.
Делать было нечего, Смит присел на травку и стал ждать.
Прошло двадцать минут. Смит подумал, встал, и позвонил ещё раз. Теперь ждать пришлось несколько дольше, но вскоре окошко опять распахнулось. На сей раз из него выглянул флегматичный белобрысый тип с вытянутым лицом.
- Здравствуйте, я из Дэйли Миррор, у меня договорённость с мистером Блэкмором.
- Да, о’кей, как вас представить мистеру Блэкмору?
- Смит, Эндрю Смит.
- Хорошо мистер Смит. Ожидайте мистер Смит.
Окошко опять захлопнулось. Смит подумал, что в первый раз открывал какой-то ненадлежащий персонаж, вытянутое же лицо было солидным и внушало уверенность.
Прошло полчаса. Смит поразмыслил над происходящим и начал нервничать. Он встал и снова позвонил, а для верности ещё и постучал кулаком.
В окошке появился мужик затрапезного вида лет пятидесяти. Он оглядел Смита с головы и радостно осклабился.
- Наше почтение прибывшим издаля. Каким ветром к нам?
- Здравствуйте! Я из Дэйли Миррор! у меня договорённость с мистером Блэкмором! Я уже…
- Да ты шо! Неужели он в кои-то веки с кем-то таки договорился о чём-то! Надо же ж, я ж ща, мигом!
Дверца вновь захлопнулась, не успел Смит ничего даже вякнуть, и шаги быстро-быстро удалились от ворот.
На сей раз репортёр не стал ждать так долго и через десять минут стал снова звонить, да ещё и барабанить ногами и руками. В окошке появилось лицо – снова новое. На сей раз это был молодой человек, гладко выбритый и с ровным пробором в почти чёрных волосах.
- Я из Дэйли Миррор и уже битый час…
- Мистер Смит! – радостно перебил молодой человек, - А мы тут Вас ждём давно. Что же Вы сразу не позвонили в дверь, так долго стояли, ждали.
Ворота распахнулись, и опешивший репортёр последовал к дому за своим провожатым.
Они поднялись по ступеням крыльца, и молодой человек распахнул стеклянную дверь справа.
- Проходите сюда мистер Смит, располагайтесь.
Смит вошёл и огляделся. Он находился в достаточно просторном баре, в котором царили приятный полумрак и прохлада. Кроме бармена здесь сидели только четверо человек за дальним столиком и резались в домино. Играли молча, но помимо стука костяшек, хлопающих по столу, тишину нарушали ещё и удары непонятного происхождения, исходившие из глубины дома.
Смит подошёл к барной стойке и присел на стул.
- Халло, чувак!
Это был бармен – парнишка лет двадцати, с усиками и весьма ушлым выражением на лице.
- Какими вятрами задуло у нашо захоблустье?
Смит решил, что это, видимо, модный вермонтский слэнг, помноженный на корявое американское произношение.
- Да вот, из газеты. Интервью приехал брать у группы.
- А, дык таж вот они и сидятють, в домино зарезаются…
Смит ещё раз посмотрел на четвёрку за дальним столиком. Точно – вот же они и есть. Лорд, Гиллан, Пэйс, Гловер. Только Великого и Ужасного не было.
- Накапать?
Смит опять посмотрел на бармена и кивнул. Тот без лишних вопросов взял с полки бутылку с какой-то жидкостью золотистого цвета, крутанул пару раз в воздухе и налил в водочную стопку. Журналист взял рюмку и опрокинул. «Ничего у них тут наливают», - подумал он.
- Слушай, - проговорил Смит, придвинувшись к стойке ближе, - а как ты думаешь, удобно сейчас подойти и взять у них интервью?
- Не, не хиляеть. Они кадыть играют, приём полностью закрывают, и все от ворот на хрен.
«Витиевато выражается», - подумал Смит.
- Альбом-то пишут?
- Ну!
- А как называться-то будет?
- «Ваще не наши».
Репортёр поёрзал.
- А что это за стуки стоят в доме?
- Стуки? А, це… Це мистер Блэкмор студию громит.
- Как громит?!
- Да вотак! Всё раз – и к бурдыкалу! Колонки там уси, стульчаки и прочее всяко-разно – всё громит.
- А как же…
- Да чо, завтрева новое подкатят.
Смит прислушался. Теперь в стуках явственно прослушивался звук бьющихся и ломающихся предметов.
- Слушай… А зачем?
- Дак ты ж зачем… Вдохновения у него сёни нету. У него кады вдохновения нету, завсёжды бить-ломатить зачанает. Стресс, секи, снимает.
Смит задумался.
- А где у него студия.
- Дак ды ж над нами прямо. Вон по тый лестнице подчаль, да и окажешься. Тока зырь, шоб в голову чем не сподобилось…
Смит посмотрел на винтовую лестницу в углу зала. Кивнул бармену и пошёл подниматься на второй этаж.
По мере подъёма грохот усиливался. Наконец журналист оказался в светлом коридоре. Прямо перед ним оказалась дверь с табличкой «Студия», из-за которой и раздавались удары. Смит постучал и подождал, но ответа не последовало. Тогда он аккуратно нажал на ручку и заглянул внутрь.
Увиденное поражало воображение. Достаточно просторное помещение было полностью завалено сломанными вещами. Инструментами, усилителями, мебелью, посудой. Грудами валялись провода. В барабанную бочку была воткнута микрофонная стойка. Всё это покрывали листы бумаги, целые, рваные, скомканные. С текстами, нотами и ещё какими-то непонятными записями. Смит сделал шаг внутрь и споткнулся о пустую бутылку из под Чивас Ригал с отбитым горлышком.
Посреди этого хаоса возвышался Сам. Ричи Блэкмор, одетый во всё чёрное, стоял спиной к журналисту и доламывал акустическую гитару, методически ударяя ею о тяжёлый табурет красного дерева.
- Мистер Блэкмор, - позвал журналист.
Гитара остановилась, не пройдя половину пути до табурета. Музыкант обернулся и молча уставился на вошедшего.
- Здравствуйте, мистер Блэкмор. Я из Дэйли Миррор. Простите, что Вы можете сказать о том, как продвигается работа над…
- Пошёл на … - отчётливо произнёс Блэкмор.
В следующую секунду газетчик был вынужден срочно ретироваться из студии. Массивная стеклянная пепельница, летевшая ему в голову, гулко ударилась о дубовую дверь.

Смит скатился вниз. Бармен жонглировал парой бокалов для шампанского. Четверо музыкантов за дальним столиком перестали играть и потягивали что-то из одинаковых стаканов.
- Ну шо? – спросил бармен.
- Содержательно, - дипломатично уронил журналист.
- Ну и занышть! Ещё прыснуть?
- Давай.
Журналист опрокинул ещё рюмку и подумал, что ему всё-таки повезло, и у него есть реальная перспектива отправиться отсюда обратно в Англию, а не в местную больницу.
- Слушай, а как сейчас, подойти сфотографировать можно?
- Да валяй. Не играют ужо ж, так что дуй!
Смит слез со стула и подошёл к дальнему столику.
- Прошу прощения господа, я из Дейли Миррор, и мне бы…
- Фото что ль? – лениво спросил Лорд скосившись на газетчика из-под очков.
- Да, да… С благодарностью…
- Ну валяй, - и вся четвёрка, как по команде, повернулась к журналисту и благостно осклабилась.
- Великолепно, - Смит щёлкнул затвором, - Жаль, господина Блэкмора не получится снять.
- А чего б, - проговорил органист, - ты Боба вместо него сними, он же похож один в один?
- Боба? – удивился Смит, - А кто это?
- Да бармен же.
Смит медленно перевёл взгляд. И действительно, как же он раньше не заметил! Перед ним стоял вылитый Ричи Блэкмор, только, пожалуй, чуть помоложе нынешнего. Как раз в этот момент бармен ещё и перестал лыбиться, что сделало сходство окончательным.
Журналист подошёл к стойке.
- Уважаемый Боб, не соблаговолите ли вы…
- Шит квесчен, - вновь расплылся Боб.
***
На следующий день первую полосу Дейли Миррор украшало фото пятерых участников Дип Пёпл, сопровождаемое статьёй.
«Легендарная группа вновь вместе. Дип Пёпл пишет новый альбом в Вермонте, США. Нашему корреспонденту Эндрю Смиту удалось взять короткое интервью у гитариста ансамбля, Ричи Блэкмора.
«Ну, что я могу сказать. Мы рады, что собрались здесь, что мы занимаемся этой записью. Мы в хорошей форме, я полон творческих идей, и, полагаю, этот альбом будет отличным подарком всем любителям хард-рока в наше непростое время. Ожидайте с нетерпением!»
Фотография была великолепна. Вдохновенное лицо гитариста на нём было таким помолодевшим, что не оставалось сомнений – он действительно рад и полон творческих идей.
кимоно

как всегда

Требуются на период с 18 по 29 августа:
- бадминтонные ракетки
- мяч баскетбольный
- домино
- мячи теннисные
- астольный теннис - ракетки и мячи
- шахматы
- шашки
- шахматные часы
- дартс
- топор
- котлы походные.
Может ли кто-нибудь поделиться?
мужик в каске

Аскинг фор

Может ли кто-нибудь одолжить навигатор до середины июля? Нужно, чтобы были, в том числе, карты Латвии и Белоруссии.
Творческие порывы

Blowing in the Wind

Всегда с непониманием относился к переводам текстов рок-музыки. А тут само напросилось. Видно атмосфера вокруг навеяла...

Ветер над тобой
Б.Дилан

Сколько дорог человек изойдёт,
Чтоб назвали его – человек?
Сколько морей голубь пересечёт,
Чтоб уснуть, опустившись на брег?
И сколько на землю обрушится бомб,
Пока не исчезнут навек?
Ответ вольный ветер несёт над тобой,
Ветер несёт над тобой.

Сколько веков гора простоит,
Покуда не смоет волна?
И как много лет многим людям стоять,
Чтоб свобода была им дана?
И сколько мы будем свой взгляд отводить,
Будто это не наша вина?
Ответ вольный ветер несёт над тобой,
Ветер несёт над тобой.

Сколько же раз мы посмотрим наверх,
Чтоб узреть неба свод над собой?
И сколько ушей всем нам нужно иметь,
Чтоб услышать, как плачет другой?
И сколько смертей нужно, чтобы понять –
Кто ушёл – не вернётся домой?..
Ответ вольный ветер несёт над тобой,
Ветер несёт над тобой.